Открытие сезона, Человек, Золотое Никуда.

Опубликовано Unicorn в дневнике Дневник Unicorn. Просмотры: 48

"Знакомо клацнул крючок на калитке – Ольга вошла во двор конюшни:
- Я как не приду, все время вижу тебя за одним и тем же занятием: ты усердно вымываешь щетки.
Задумчивый взгляд:
- Я так и думала, что вы, придя, это скажите..

Новополье. Открытый манеж. Препятствия. Люди. Стойки. Лопаты. Шланги. Собака. Дети..
- Рада, ты в углы заходить будешь или нет?! Что там? Лопата. Не страшно, не страшно, не страшно.. Ить! Не кусается это стойка, ну не кусается, не кусается, нет.. Куда?! Ну, никто тебя там не съест! Да, вот. Молодец, умничка, вот.. Рада, это просто шланг. Просто шланг. Шланг.. Эть, да ну тебя, пошли в другую сторону.. Ох, ну а здесь то что? Там не страшно, не страшно, не стра.. Радаааааааа!!!....

- Ольга, электричка в 17.29.. Сколько сейчас?
- Осталось пятнадцать минут… Думаешь успеем?
- Нуууу.. Без захода на колонку.. Наверное успеем.
Молчание.
- Ольга, а вы стометровку за сколько бегаете?..

Сезон в Кентавре открыт." =)


Я почему-то не смогла найти первой части этой истории. Когда я встретила Человка первый раз. Но я чётко помню, что она была! Но теперь нигде нет. Ни в контакте, ни в "дайрике", нигде.. Очень жаль. Поэтому сразу вторая часть.
Внимание! НЕ про лошадей! Из серии "Осколки".
"В Петербурге сегодня шел дождь.
Выйдя из метро, я быстро переместилась под крышу недавно выстроенной большущей «остановки» и замерла там, в ожидании, пока из-за поворота покажется зеленая морда автобуса. Мысли о прогулке до дому пешком были безжалостно выкинуты из головы коварным сквозняком метро и пронизывающим ветром Петербурга.
Вокруг все было как всегда: те же дома, машины и маршрутки, снующие по узенькой дороге, люди, напряженно глядящие вдаль, в надежде первыми увидеть автобус, дабы успеть занять места, когда он подъедет к остановке.
Неожиданно слева от меня нарисовалась смутно знакомая фигура – человек в коричневой вязаной кофте прошел мимо и остановился в десятке метров от места, где стояла я.
Через минуту, фырча, подъехал автобус, с шипением открылись двери и люди повалили внутрь. Мне повезло – проскользнув внутрь, я заняла свое любимое место у окошка.
Через некоторое время по ступенькам взошел и человек. Отойдя от прохода, он остановился напротив места кондуктора.
Мы уже ехали так когда-то. Совсем-совсем недавно. Я сидела на том же самом месте, мы ехали в одном автобусе, только маршрут был другой, да на улице светило солнце.
Это поразительный человек. Человек, которого выхватываешь из толпы мгновенно и уже не можешь упустить из виду.
Это был высокий худощавый молодой человек. Одежда на нем была точь-в-точь такая же, как и в прошлый раз: грязно-бежевые в полосочку брюки, черные ботинки с тонкими шнурками. И темно-коричневая вязаная кофта с карманами и большущими коричневыми пуговицами. Несколько верхних пуговиц не застегнуты, так, что видна белая в цветную полоску рубашка.
Оказавшись предметом для моего любопытства в прошлый раз – и как ему не жарко, когда на улице так тепло? – теперь он был одет по погоде.
Он стоял и смотрел в окно. Маленькая аккуратная рука сжимала поручень, в другой же была зажата ручка сумки-портфеля.
На этом человеке не было ярко красной шляпы, шутовского колпака или ядовито-зеленых брюк. Лицо его не было разукрашено, на нем не висела груда металла, не было татуировок, сережек, колец и браслетов. Его прическа не заставляла оглядываться толпы людей: чуть длинноватые темно-русые волосы, ни одна прядь не выбилась в сторону и не намокла, несмотря на дождь.
Словом, это была самая заурядная личность. Заурядная настолько, что весь путь мое внимание было сосредоточенно исключительно на ней – рассмотреть фигуру от носка ботинка и до макушки, запомнить каждую деталь одежды, каждую черту лица, дабы записать, донести, запечатлеть в памяти.
Такие люди становились персонажами Гоголевских рассказов.
Лицом он был красив. Это было не лицо смазливого красавчика. Он был красив какой-то особенной, спокойной красотою, не вызывавшей в душе тяжелых чувств восторга, восхищения или, не дайте Боги!, влюбленности. Длинный тонкий нос, интересный разрез глаз.. Его возраст невозможно определить навскидку. Смотришь сейчас – перед тобой молодой человек двадцати пяти лет, но вот маленький поворот головы, неудачно упавшая тень – и ему сорок.
Это лицо художника. Не художника, рисующего портреты и периодически страдающего от отсутствия вдохновения и треклятой музы. Это было лицо художника Жизни. Ее поэта.
Казалось, он не видит ничего вокруг. Но это была не вызывающая отчужденность выпавшего в себя человека. Он существовал в каком-то своем мире, который настолько мягко и правильно переплелся с реальностью, что заметить его стало фактически невозможно. Внутреннее и внешнее спокойствие ни разу не подвело его: он ни разу не заваливался при резких остановках, твердо стоя на ногах, ни разу не переступал с ноги на ногу и никак не отреагировал на резкий скрип поручня, о который неосторожно облокотился подвыпивший пассажир.
И ни разу, поворачивая голову в мою сторону, он даже мельком не взглянул на меня. А ведь как трудно не ощутить на себе чьего-то пристального взгляда!
И так мне было подарено право беззастенчиво рассматривать своего необычного попутчика.
Он целиком и полностью является воплощением какого-то небывалого спокойствия. Он не знает, где живет сказка, чудо или волшебство. Но он пришел оттуда, где живет Нечто. Нечто доброе-доброе, мягкое и спокойное..
За окном все так же лил дождь, автобус подъехал к остановке. Проворно соскочив с сиденья я спустилась на ступеньку.
«Если я встречу его в третий раз, то обязательно узнаю его имя»
Я вышла на улицу, тряхнула головой, чуть повернула голову..
Справа от меня нарисовалась знакомая фигура – человек в коричневой вязанной кофте.
Человек шел быстрым, но не торопливым шагом, втянув голову в плечи. Он подошел к дальнему светофору и глянул по сторонам, ожидая зеленого света.
Я остановилась у дороги не в силах уйти. Передо мной горел зеленый свет, люди сновали через дорогу, а мимо проехала легковушка, подняв большущий фонтан брызг. Я сделала шаг назад, но кажется, опоздала.
Человек, пропустил промчавшуюся мимо машину и перешел дорогу. Направился к магазинчику, обошел его. Вот его фигура мелькнула где-то за маленьким строением и наконец совсем исчезла, затерявшись среди домов и деревьев, укрытых пеленой дождя.
Громко шлепая по лужам, я побежала домой."


Ещё один "осколок". Но теперь конный..
В золотистое Никуда.
"Это так замечательно ехать верхом, когда лошадь идет неспешным шагом, а вокруг простирается поле. А впереди нет никого, и только позади слышны шаги лошади твоего друга.
Справа тянется небольшая полоска из деревьев, а слева развернулся настоящий лес.
Внезапно, из-за туч выглядывает солнце и освещает все вокруг, и капли мелкого грибного дождя искрятся в воздухе крошками золота. И в этот самый момент, будто из-под земли в небе восстает радуга. Яркая-яркая, она тянется от края до края, возвышаясь над зеленым полем и ставшими невероятно маленькими частными домиками. А сверху, будто ее отголосок, тянется еще один цветной исполин – вторая створка Врат.
А справа из-за деревьев показывается маленькая тропинка, ведущая в лес и утопающая в лучах солнца. Не в силах уйти, ты разворачиваешь кобылу и направляешь ее туда.
Это ощущение неописуемо. Когда вы шагаете по узенькой заросшей тропинке, а вокруг искрятся и переливаются мириады маленьких капель. На земле, в траве и на листьях.. А впереди нет ничего, кроме светло-зеленой листвы, драгоценной золотистой пыльцы, моря солнца и тропинки, уходящей в Никуда. И все в тебе тянется в это Никуда, беззаветно веря, что еще пару шагов и ты вернешься Домой… Теплое, родное, сказочное Никуда. То, ради чего еще живет в тебе Надежда."
You need to be logged in to comment