Навстречу ветру. Энциклопедия (стр. 202)

Расскажу о жизни в поселке Дивово на курсах.

Проезд описан на сайте ВНИИ коневодства: http://www.ruhorses.ru/contact/contact.html Только не сказано, что поселок стоит не на железной дороге, а в стороне. Пешком от станции идти минут 40, по словам ходивших. Мы ездили на машине. Можно либо договориться с кем-нибудь из ВНИИКа (нас встречали и подвозили люди из руководства школы), можно вызвать такси (один раз воспользовались, это дорого, стоимость разделили на троих), только заранее.

Жить придется в гостинице, которая скорее похожа на общежитие. Расположена она на втором этаже здания маленького, но емкого: https://vk.com/id18815760?z=photo18815760_456239721/photos18815760
Гостиница занимает весь этаж, а на первом почта, медпункт и школа коневодства, так что ходить с утра на занятия нам было совсем близко.

https://vk.com/id18815760?w=wall18815760_867/all
Комнаты на 2-3-4 человека. Если на курсе народу мало, стараются селить посвободнее. Мы жили втроем в четырехместной комнате, было тесно.
Есть ванная, туалет, несколько умывальников. На курсе нас было 8 человек, это мало (программа по бонитировке не пользуется популярностью). Зато очереди в места общего пользования образовывались редко. Горячая вода идет через газовую колонку, приходится ее включать-выключать, а еще температура струи меняется сама собой в неподходящий момент.
Есть кухня на две газовые плиты, стол один, там же общий холодильник. Мы с подругой ели то в кухне, то у себя в комнате, по ситуации.
К сожалению, плохо с той посудой, которая для приготовления еды. Ее просто мало, и она неудобная. Чайники только для плиты (не смотрите на чайник на фото, он треснул). Поэтому с нормальной готовкой у меня не сложилось, пришлось провести 2 недели без супа.

Мое меню на каждый день:

Завтрак
Мюсли самые простые, залитые кипятком и затем молоком - имитация каши
Иногда йогурт и сыр

Обед
Жареная индейка, привезенная из дома
Доширак вместо супа
Огурец

Полдник
Печенье

Ужин
Пита с сыром и ветчиной - имитация сэндвича
Огурец, иногда салат из огурца и помидоров

Из напитков растворимый кофе, который я заваривала в гостинице и брала на занятия в термосе, т.к. мне его надо пить не раньше 11.00, и черный чай. У подруги был цикорий и вообще другое меню.

С дошираком такое дело... Раньше для меня это был один из главных соблазнов, пробуждающих неумеренный аппетит. Сейчас, к счастью, нет. Я ела эту гадость только один раз в день и брала маленькую порцию, в пакете без ванночки. Приправ сыпала очень мало.
Конечно, через две недели мне безумно осточертела такая еда, но главное, что я и с голоду не умерла, и в аддикцию не впала. Пачки глаголиков мне хватило больше чем на неделю, а когда-то раньше только на один день.
Наверное, можно было организовать питание получше, но мне психологически непросто готовить на чужой кухне. Не хотелось связываться с готовкой более сложной, чем развести что-то кипятком или порезать.

Еще важно, что в гостинице было тепло. Я боялась, будет холодно.
Проживание стоит 500 рублей в день.
 
Недавно в Москве прошла сельскохозяйственная выставка "Золотая осень". За достижение высоких показателей в развитии племенного и товарного животноводства наградили советского тяжеловоза Бразильца из Мордовского (Ичалковского) конного завода. Я его знаю лично, он включен в материалы моей диссертации. Здесь я с его матерью чалой Бразилией: https://vk.com/albums18815760?z=photo18815760_456239227/photos18815760

Бразильца можно посмотреть на сайте MordovMedia.ru http://www.mordovmedia.ru/news/agriculture/item/70670/


Эволюция написала об аддикциях: https://evo-lutio.livejournal.com/761771.html
Здесь о пищевой аддикции не так много, но есть немало здравого касательно психического состояния аддикта.

Недавний диалог у эндокринолога (это другая эндокринолог, не та, что писала, что больной не хочет вести дневник):
- Какой вес?
- Нууу... 70.
На самом деле 68 по последнему взвешиванию, но я добавила погрешность, если вдруг меня решат взвесить прямо здесь, ведь делать это будут в одежде, и я в тот момент была после завтрака.
- А почему в предыдущей записи 94?
- Потому что было 94.
- Вы похудели, что ли?
- Да, похудела.
- Сами или с диетологом?
- Сама.
- Что, совсем без диетолога?
- Совсем.
- А как?!
Чувствую, что диалог идет не в то русло. Говорить, как есть на самом деле, не хочется, слишком долго, да и врач вряд ли станет меня слушать. А сказать то, что она хочет услышать, я тоже не могу, потому что это неправда. Начинаю закипать.
- У меня было неконтролируемое обжорство. Я похудела за счет уменьшения количества еды.
- И что, наши диетологи вам совсем не помогли?
- Не помогли. Совсем.
Эндокринологи как будто и не слышали о нарушениях пищевого поведения. Проходят же они повышение квалификации... и до сих пор эта тема для них как темный лес. Никакого стыка с наркологией.
 
Об одной разрушительной иллюзии

Я всегда любила музыку. Мой отец 15 лет пел в хоре МГУ и даже ездил на гастроли, мама солировала со школьным хором. Они постоянно что-нибудь пели, и пели хорошо. Говорят, мой прапрадед, поляк, католик, служивший в царской армии при Александре II и Александре III, пел в православном церковном хоре.
В доме был магнитофон, хотя работал не очень хорошо и временами зажевывал пленку, приходилось его развинчивать, снимать узел со штырька и вправлять пленку в кассету.
А еще у меня есть сестра, и у нее было пианино. У нас один отец и разные матери, разница в возрасте 12 лет. Мое первое воспоминание о ней - ее профиль на фоне окна, с мягковатыми чертами, преломление света в линзе очков, какое-то особенное выражение на лице, потому что она поет и играет. Аня... Вот это все - Аня и есть: и профиль, и мелодия, и инструмент. И у нее есть музыка. Сестра была носителем тайного знания. Тогда я смотрела на нее снизу вверх и восхищалась.
У сестры в гостях можно было поиграть на пианино. Меня было не оттащить. Именно на ее пианино, по ее учебникам я освоила самые начала нотной грамоты.
Для полноты картины скажу, что сестра моя и музыкалку закончила, и даже Московский колледж импровизационной музыки. Нет, музыкантом не стала, у нее высшее химическое, работает в журналистике.

Мои родители всегда хвалили мой музыкальный слух и говорили, как важно дать мне музыкальное образование. А дальше... Дальше они так и не смогли узнать, есть ли у нас в районе музыкальная школа. На самом деле есть, большая школа искусств, и непростая, с органом, большая редкость. Но эта информация как-то прошла мимо них.
Как так получилось? Если бы я писала этот пост несколько месяцев назад, я бы расписала подробно, что думаю об этом, не опуская множества деталей и не особо стесняясь в выражениях. Но многое изменилось, поэтому говорить я буду прежде всего о других вещах - о тех, что сейчас видятся мне более важными.
В общем, поскольку в нашем районе школы вроде как нет, а в другой район возить меня было некому, тема музыкального образования была закрыта.

Я безумно завидовала всем, кто закончил музыкальную школу. Всем, кто начинал и не закончил, - тоже. Сестре - разумеется. Меня трясло, когда я натыкалась на очередное интернет-обсуждение, стоит ли заканчивать музыкалку, которая уже успела надоесть ребенку. Меня жгло изнутри от мыслей: если бы у меня была возможность, я бы... Но этой возможности не было. Мне ее не дали. Другим дали, а мне нет. Недодали, в общем.
А ведь родители пытались "додать": в 12 лет мне купили синтезатор, японский, очень дорогую вещь по тем временам. Он до сих пор как новый - японцы тогда еще делали отличную технику. Но увы, с систематическими занятиями снова было никак. Пришлось учиться самой, а как, было непонятно. "Надо играть гаммы!" Зачем, мне не объяснили, а своим умом я дошла до этого слишком поздно. Поиграв гаммы какое-то время, я полностью потеряла интерес к пианинообразным инструментам.

А еще в подростковом возрасте у меня появился голос. Нет, не в вокальном смысле - в психологическом скорее: я стала петь по собственному желанию (с речью все еще были проблемы). Пожалуй, прежде всего потому, что это был единственный способ обеспечить себе звучание музыки. Старый магнитофон к тому времени уже работал совсем плохо, а нормальный музыкальный центр купили только когда я закончила 9-й класс.
Еще было время, когда я училась играть на гитаре - снова бессистемно. Несколько уроков у знакомого, несколько освоенных аккордов - зато мне объяснили, как строится лад и на каких ступенях расположены основные аккорды. Параллель с математикой я провела уже сама: область определения и область значения функции, вот что это такое. Да, теория в любом деле - это моё всё. Так что попытки освоить синтезатор без сольфеджио были изначально обречены на провал.
Да, еще ведь я играла на корейском барабане чанго в культурном центре. Единственный случай, когда я даже выступала в ансамбле. Как же давно это было...

Странное дело, но все мои попытки заниматься музыкой разбивались о внешние обстоятельства. Я уже готова услышать избитое выражение "кто не хочет, тот ищет отговорки", но если бы все было так просто, не было бы проблемы. Я хотела, очень. Музыка постоянно играла в моей голове, и чужая, и своя. Я и сейчас слушаю ее в таком количестве, в каком слушают либо подростки (инстинктивно: она помогает им регулировать мозговую деятельность), либо профессионалы. Тот факт, что из богатейшего пласта литературы я выбрала для изучения именно рок-поэзию, тоже наверное о чем-то говорит.
И долгие годы меня жгла зависть к более счастливым в музыкальном смысле людям. Я жила иллюзией, что у меня очень неслабые способности, которые обязательно нужно было развить. Т.н. музыкальный интеллект действительно неслабый. При этом запросы в музыке весьма скромные, мне бы и начального образования хватило - а мне даже его недодали. А должны были. Как могли недодать? Какая же я несчастная... А додали бы - я бы тогда ух.
Это жгло меня изнутри, отравляло и портило мои отношения с родителями. До какой степени - не описать. Неприятные мысли активизировались почти всегда, когда я слышала что-то интересное - можете себе представить, насколько часто. Хуже того, я со временем начала анализировать мелодии. Это неудивительно, если вспомнить, что музыка - это всегда некая последовательность, что роднит ее и с любым из языков, и с генетикой. Мне что-то слышалось, какие-то закономерности, но что они означали и как это услышанное вообще называется, я не знаю. Не сформирован даже понятийный ряд.
Последнюю попытку переломить судьбу я сделала в этом году. И вроде бы нашла хорошего преподавателя по редкому инструменту прямо в соседнем подъезде, но последние месяцы совершенно не до того. Диссертация выходит на финишную прямую и стала съедать очень много моих ресурсов, мозговых прежде всего. Какие уж там новые увлечения...

Где оно, дно? А дно было в начале августа. Я пережила серьезное душевное потрясение. Придя в себя, я совершенно в другом свете увидела родителей и все, что они для меня делали. Заботились обо мне как могли.
Способности... а что способности? Музыкальный слух встречается достаточно часто, музыкальный интеллект в моем случае скорее побочный эффект от развития интеллекта вербального. "Слух младенца" со способностью слышать нижнюю часть ультразвукового диапазона может быть следствием синдрома Аспергера. Задумалась и поняла, что я плохо воспринимаю музыку без текста. Еще мне очень трудно каждый раз сознательно слушать что-то новое - усилие приходится над собой делать. Голос вокально слабый и грубый, что постоянно создавало проблемы даже при разговоре. Он мне скорее для преподавания нужен.

А вот это я пела в полный голос на Васильевском острове:

Отражается темной шеренгой неволи
Колоннады злой шепот в глазах,
Пресс титана сведен, море пота и соли,
Мойка в мраморных белых узлах.

Что меня волнует здесь сильнее - мелодия или текст? Боюсь, что все-таки текст... Мелодия так, для настроения, для полноты, для распевности. Вообще русский рок, на мой взгляд, сродни средневековой музыкальной культуре, он синтетичен.

Я смогла принять тот факт, что ничто не случайно, и Господь меня постоянно уводил от музыки куда-то прочь. Но как же трудно понять Его замыслы.
В итоге мне удалось избавиться от иллюзии, которая разрушала меня изнутри. Самое интересное, что я теперь уже зависти ни к кому не испытываю - так, редко-редко что-то весьма рудиментарное вместо настоящего чувства. Откуда вообще берется зависть? Она растет из убеждения, что тебе недодали чего-то, что додали всем, а вот тебе, бедному, не повезло. Как будто оно было тебе гарантировано, но не срослось (кто-то нерасторопный недодал, ясное дело). А ничего никому не гарантировано на самом деле.
Зависть растет из инфантильного взгляда на мир. А если ты все-таки смог повзрослеть... Но как же трудно взрослеть, когда все разумные сроки давно прошли.
 
Откуда вообще берется зависть? Она растет из убеждения, что тебе недодали чего-то, что додали всем, а вот тебе, бедному, не повезло. Как будто оно было тебе гарантировано, но не срослось (кто-то нерасторопный недодал, ясное дело). А ничего никому не гарантировано на самом деле.
Зависть растет из инфантильного взгляда на мир.
О да! Зависть - это что-то детское из серии "Маше купили куклу, а мне нет!" и обида и злость на Машу, на родителей и на весь несправедливый свет. А взрослое - это осознать, что тебе никто ничего не должен, а если надо - приложи усилия и сделай сам.
Вообще это "мне никто ничего не должен дать" очень помогает по жизни.
 
Помогает только если дошло до нутра. Пока не дошло, оно не работает, даже если мысленно ты с этим в принципе согласен.
 
Где можно увидеть на улице белого фазана, причем в конце октября? Конечно, в Тимирязевке возле птичника.
Меня неожиданно позвали на конференцию по экипажной езде в качестве переводчика с польского. Организатор - кафедра коневодства и Музей орловского рысака. Когда я пришла, оказалось, что польские гости уже сами нашли себе переводчика в аэропорту, так что мне осталось только помочь научному руководителю поговорить с докладчиками, обсудить варианты сотрудничества. Это были пожилые паны, один производитель электроэкипажей, второй владелец экипажного музея. Они показали много фотографий и рисунков старинных упряжек и рассказывали про специфическую польскую запряжку четверкой в ряд с тремя дышлами, причем одна лошадь используется вроде привода к задней оси, так что она не тянет экипаж за передок, а как будто толкает сзади. Эта запряжка была придумана на Гуцульщине (сейчас принадлежит Украине). Увы, ключевой для понимания этой запряжки рисунок они не отцифровали и показывали с рук, ничего не было видно.
Вообще поляки безумно боялись подцепить вирусы с ноутбука, о чем сказали несколько раз - и мне, и организатору, и вслух во время доклада.
Конференция сильно затянулась: докладов было мало, но каждый пассаж проговаривали на трех языках. Очень долго все это. По итогам конференции решили открыть на кафедре коневодства курсы повышения квалификации по экипажной езде с привлечением иностранных тренеров. Звучит заманчиво, но, видимо, будет очень дорого.
 
25 декабря 2018 г. в 14.00 часов в РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева состоится защита диссертации на соискание ученой степени кандидата сельскохозяйственных наук Рязанцевой Анастасии Владимировны. Тема работы - "Генеалогическая структура и хозяйственно-полезные признаки лошадей советской тяжеловозной породы в племенных конных заводах".
С текстом диссертации и автореферата можно ознакомиться здесь: http://www.old.timacad.ru/catalog/disser/detail.php?ID=26705

Сбор материала для этой работы частично происходил на моих глазах и не без моего участия: так я училась брать промеры.
 
Вот на такое наткнулась:
Если бы меня какая-нибудь профурсетка вдруг да начала бы облаивать кем попало - плеснуть пивом в лицо, это было бы меньшее из зол, которое я бы сделала. Скорее бы профурсетке прилетело бы - для начала словами, а потом так, между делом - действием, которое не оставило бы следов, но отрезвило бы сразу.
отсюда
Поражает, как легковесно люди рассуждают о том, что бы они сделали в конкретной ситуации (экстремальной, скажем так).
Я дралась как-то раз с женщиной на улице, и лет мне было уже много. Доводилось применять спецсредство против мужчины. Что могу сказать... Драка - это неженское дело. Даже если ты физически сильна и выходишь победителем. Почему-то потом очень неприятно от всего этого. Возможно, потому, что человек по природе своей существо социальное и проявлять агрессию против себе подобного можно, только если очень-очень надо и по-другому никак.
 
Легко и непринужденно рассуждают о драке люди, которые в реальной драке ни разу не участвовали и, надеюсь, что и не будут. Типичные интернет-воины))
 
Ситуация на видео описана ещё у К. Лоренца в "Человек находит друга" (глава "Забор"). Кстати, почему-то в жизни мне не доводилось такого наблюдать у собак, но люди частенько так и поступают.
 
в жизни мне не доводилось такого наблюдать у собак
Я такое видела)) Мой кавказец через штакетник с большим дворнягом-хозяином грызся вот так, пока в пылу не толкнули калитку, которая меееедленно отворилась. Думаю: "Ну все. Полетят клочки по закоулочкам", - а фиг! Приткнулись оба и пошли ближайшие кустики метить, каждый со своей стороны.
Ситуация на видео
Сторож, который, видимо, снимает (и пульт от ворот держит), - шутник, конечно. Не впервые, видать, играется в собачки))
 
Есть такой британский композитор, Эндрю Ллойд Уэббер. Его рок-опера "Jesus Christ Superstar" ("Иисус Христос суперзвезда"), видимо, самое первое крупное музыкальное произведение, с которым я познакомилась - в свои 2 года.
Начинается опера с арии Иуды, экранизация снята в Израиле. Обычно пересматриваю ее на Пасху.

Еще есть знаменитые "Cats" ("Кошки"). "Memory" слишком известна, к тому же у меня любимая композиция совсем другая - "Growltiger's Last Stand" ("Последнее противостояние Тигрорыка"):
Это рассказ в рассказе, или постановка в постановке: старый театральный кот вспоминает молодость и свою лучшую роль, роль кота-пирата - и вот вам кот-пират.
Здесь потрясающий текст, как и во многих песнях из "Кошек" - все-таки мюзикл сделан по сборнику стихотворений Томаса Стирнса Элиота, лауреата Нобелевской премии по литературе. Увы, все переводы этих текстов на русский - просто слезы.
С 2:20 начинается музыкальная тема Темзы. Если Темза действительно выглядит так, как эта музыка, неудивительно, что англичане любят ее (если точнее, его - у них это мужской образ) сильнее, чем более длинный и полноводный Северн.

С "Эвитой" я познакомилась пару лет назад. Это мюзикл об Эве Перон, второй жене президента Аргентины Хуана Перона. Она была актрисой, видимо, не очень талантливой, но рядом с Пероном стала политическим образом, работавшим на его популярность. Это к вопросу о том, что те или иные способности порой находят себе весьма неожиданное применение. Эва Перон умерла в 1952 году, во время второго президентского срока ее мужа. (Его свергнут в 1955, но он вернется к власти в 1973, но это будет уже другая история.)
Когда я слушала эту музыку в первый раз, меня вдруг пробило будто током: если я хоть что-то понимаю в этом (хотя и не могу назвать), то да, это его стиль, это он, Ллойд Уэббер - композитор, который всю жизнь со мной.
 
Трудное время года. Голые поля, голый, темный лес. Ноябрь - в христианской традиции месяц усопших, поэтому выложу одно свое произведение 2015 года.


ПРОСТРАНСТВО СМЕРТИ


Вера Курская


Зайди здесь в любой супермаркет, и сразу возле входа увидишь целые полки свечек. Свечки как свечки, парафиново-белые, толстые, по несколько штук в коробке — но тонко прорисованные на них цветочные узоры черного цвета. Черные и ленточки, которыми перевязаны коробки. Это особые свечи, для кладбища.


Не помню, когда и как я впервые узнала о смерти. Наверное, из разговоров взрослых. Не помню, чтобы открытие, что мое бытие конечно, травмировало меня. Я умру в свой срок, а перед этим состарюсь — и это нормально.

Я состарюсь и стану такой, как бабушка. Да, вот главное, с чем связана смерть — смена поколений. Так падают иссохшие старые деревья, чтобы освободить место живым.

Поезд несет меня на запад. Он идет вслед за умирающим солнцем — туда, куда уходят души усопших. Экспресс всегда приходит в мой город под вечер. Здесь, в городе у самого моря, на вокзале с высокой кирпичной башней нас настигают сумерки — путь завершен.

Мне всегда было трудно здесь писать — почему? Конечно, можно найти тому бытовые причины: в квартире деда не было удобного стола, именно письменного стола, все верхние лампы страдали близорукостью, а настольные давали только теплый желтый свет, который уютно освещал угол комнаты, но писать под ними было невозможно. Быть может, причина в том, что мне, утомленной после дневных разъездов по городу, не особенно хотелось браться за свои рукописи, а вводить себя в рабочее состояние я научилась далеко не сразу. А может, в то ограниченное число вечеров, что были отпущены мне здесь в каждые каникулы и каждый отпуск, важнее, чем писать, было для меня что-то другое.

Вечером солнце заходит за соседний дом, и самая светлая из наших комнат резко погружается в тень. Стрижи дочерчивают в воздухе последние линии. Изредка слышен печальный крик чайки. Из порта порой доносятся странные звуки: то ли сцепились вагоны на проложенной вдоль причала железнодорожной ветке, то ли, качнувшись, звякнули тяжелые цепи. Совсем иначе, по-ночному, оживает сад, который мой дед насадил вокруг дома. Днем в нем чирикают воробьи да трещат сороки — а ближе к ночи подают свои голоса насекомые, призрачные существа, которых как ни старайся, невозможно увидеть.

Навигационные сумерки, szara godzinka, как говорил дед, серый час. Все, чего может хотеться в такое время — замереть, прислушиваясь к пространству.

А пространство заполняют мертвые. Здесь выросли мои родители, здесь жили мои боковые родственники, здесь остались мои друзья — но время идет, и одного за другим их уводит за собой смерть, а город хранит воспоминания.

Они остаются в могилах. В Москве у меня нет родных могил — почти все они здесь, в маленьком городе у моря.

Впервые я пришла на лебартайское кладбище в жаркий летний день. Мы с родителями искали могилу моих дедушки, бабушки и дяди по отцовской линии. В память врезался яркий солнечный свет (солнце стояло в зените), зеленые кипарисы на могилах на фоне голубого неба, неровно выпиленный красного гранита камень с выбитой на нем нашей фамилией и чье-то чужое надгробие в виде толстой книги.

Бывая проездом в Вильнюсе, я всегда стараюсь посетить кладбище на Россе, на котором я впервые побывала в 1995 году. Мы с мамой и тетей Альбиной отправились на Россу под вечер: в те дни в городе стояла невыносимая жара, и выходить можно было лишь ближе к закату. Раскаленные за день надгробия пылали, отдавая тепло в вечерний воздух. Ближе к дороге расположено военное кладбище времен советско-польской войны, за ним — гражданские захоронения XIX – начала XX века. Тогда, в свои 11 лет, я впервые оказалась в царстве скорбных фигур ангелов, барельефов с опрокинутыми факелами, настоящих склепов и по-старинному длинных эпитафий — всего того, о чем раньше лишь читала в романах.

Когда мы прошли еще дальше в глубь кладбища и оказались на другой стороне холма, я увидела, как старые, очень старые могилы теснятся, уходя вниз, громоздятся одна на другую, а некоторые, втиснувшись в узкое пространство между другими захоронениями, находят себе место на почти вертикальном склоне и, год за годом теряя под собой почву, торчат из холма, будто выдвинутые ящики очень ветхого шкафа, перекошенные, которые уже не задвинуть обратно. Сдвинутые плиты, пустые места, где раньше стояли кресты, источенный дождями камень, на котором мох скрыл имена усопших. Годы, убегающие минуты жизней, судьбы и память — все сплелось и смешалось на этом холме.

Мне встречались урны с наброшенными на них каменными покрывалами, спящие ангелочки, обломанные сверху колонны (так задумано) и стволы деревьев, искусно, со всеми морщинами на коре вырезанные из камня. Их покрыл мох, который сросся с сними, состарился и умер сам — и надгробия стали живыми.


Люди — родственники, друзья, соседи. И — разговоры, разговоры... Того уже нет с нами, тот никак не оправится после смерти близкого, этот очень плохо выглядит, и немудрено: перенести две тяжелые операции... Живые в Литве ближе к смерти, чем в мегаполисе. Здесь оживают все истории об утратах, о тяжелых затяжных болезнях, о рано прервавшихся жизнях. Почти у всех народных сказок здесь тоже печальный конец.

Искусство здесь мрачное: тонкие черные линии могильных крестов, что особенно четко выделяются на фоне догорающего заката. В архитектуре жилых домов советского времени нет-нет да и мелькнет вставка — парапет балкона, обитого серыми досками, — под кладбищенскую ограду. Если скульптура — то истуканы с грубыми лицами, на которых можно прочитать лишь глубокую печаль. Если музыка — то унылая, немелодичная, в которой отчетливо слышится уханье сов и осторожное воркование лесного голубя в дупле.

В день поминовения усопших все стараются сходить на кладбище. Современные кладбища здесь роскошны: безупречно, до зеркального блеска отполированные гранитные плиты, латунные веточки, яркие ковры цветов на могилах. Неудивительно, что в этой стране столько самоубийств: мертвые живут здесь богаче живых.

Ноябрьским вечером все приносят на могилы лампадки. Я никогда не была в Литве в эту пору, но ясно вижу, как выглядит любое кладбище. Если, уходя к последней маршрутке, оглянуться, на могилах тихонько шевелят своими язычками свечи, и от этого зрелища становится не страшно и не уныло, а спокойно. Ты знаешь: что бы ни случилось, как бы ни сложилась твоя жизнь и каков бы ни был твой конец, каждый год у тебя будет свой праздник, тихий и по-своему уютный... Только проживи свою жизнь так, чтобы было кому прийти к тебе со свечой ноябрьским вечером.


Когда-то на кухне у бабушки были маленькие пластмассовые часы, которые громко тикали. Узкая секундная стрелка двигалась рывками. И всегда, когда я вспоминаю свое детство в старой квартире, из какого-то уголка памяти раздается тихое, но настойчивое тиканье часов.

Тиканье — и яркий солнечный свет, проникающий в окна спальни. Я вижу этот свет отраженным в трюмо, у которого очень тугие ящики. В этих ящиках старый несессер со знаками Зодиака, и молитвенник в черной обложке, и маленькая деревянная шкатулка в виде сундучка с янтарем на крышке, внутри которой я нашла два обручальных кольца. Это вещи усопших — слишком личные, чтобы переходить по наследству, а значит, мертвые все еще продолжают ими владеть.

Несколько веков назад были в моде натюрморты в стиле vanitas: сосуды с вином, книги, символизирующие тщетность познания, лютни и мандолины, своими изгибами напоминающие соблазнительные женские тела, тронутые тлением плоды — и посреди этого череп в напоминание о том, чем закончится для любого из нас наслаждение жизнью.

Если бы я писала современный vanitas, я изобразила бы подзеркальник трюмо в пустой квартире, молитвенник в затертом переплете, небрежно положенный букет цветов, собранных на кладбище в знойный полдень. И тиканье пластмассовых часов — если тиканье можно как-то изобразить.
 
На днях у меня наконец-то получилось безе по ГОСТу. Сегодня стала получаться бретонская карамель: раньше я не доводила сахар до коричневого цвета, и она была желтой. А теперь и цвет как надо, и вкус соответствующий.

В прошлом году обнаружила возле дома куст сварайниса. Только не повторяйте за мной. Я его обобрала и сварила свой первый джем. Работать со сварайнисами непросто: надо все почистить, выбрать перегородки и семечки, а они маленькие и сок у них по-лимонному жгучий. Они были лимонного цвета, но постепенно стали рубиновыми. Джем получился кислый.
Сейчас я доедаю его остатки. А в этом году сварайнисы не уродились. Я все равно обобрала куст, и они какое-то время будут благоухать у меня на кухне.
 
Зюлейка, спасибо. Да, именно так он и растет, на самой ветке, а ветки колючие.

Юль, извини, забыла совсем, что сварайнис - это по-литовски. Он же у них литовский лимон (ну и где лимон? только по запаху). Раньше его только свежим и в виде варенья продавали, теперь делают с ним йогурты и с этого года - сухофрукты. В этом году привезла пакетик сушеного сварайниса, большую часть уже использовала для bara brith, который пекла на день рождения сыну.

Сегодня день независимости Польши. На польской мессе по этому случаю и каравай к алтарю принесли, и посол речь произнес, и по окончании был небольшой органный концерт. И все это очень живо обсуждали на фейсбуке в группе русских католиков нашего прихода в ключе "а почему мы русские государственные праздники так не празднуем". Слово за слово - и вот уже обсуждают, кто из присутствующих не любит Россию. И, главное, почему - а если любит, то тоже почему.
И вот у меня спросили список (да, почему-то так) оснований, за что стоит любить Россию. По моему мнению, конечно. Зачем-то стали навязывать в этот список березки. Я от ответа уклонилась, потому что ответ у меня получился бы очень длинным. Короткий ответ писать - профанация серьезной темы, а на длинный... как-то желания нет. (А я до сих пор не написала "Хартленд", который обдумываю уже два года, на эту самую тему.)

Когда-то интернет-дискуссии казались очень простыми. Вернее, свое участие в них виделось простым - понятно, как надо. А сейчас мне вообще ничего не понятно.
 
"За что я люблю Россию?" - вот есть хорошая песня из старого кинофильма "Щит и меч": "С чего начинается Родина?".
Я всегда вспоминаю слова: "С той песни, что пела нам мать".
Мне вот мама пела колыбельные на русском и на украинском (она была наполовину украинка, но не из украинского "хартленда", а с Кубани, куда её родня перебралась из Запорожской обл. то ли в Гражданскую войну, то ли сразу после).
Конечно, младенчество я не помню, а вот как я болела в 5 лет и мама носила меня ночью на руках и пела - помню.
Результат соответствующий.
Плюс собрания сочинений (Пушкин, Гоголь, Толстой, Тургенев, Лермонтов), многое из которых я прочла до школы и в начальных классах.
Среднерусская природа для меня - экзотика и "не моё", но есть ощущение, что я принадлежу к этому миру, к этой культуре. Как-то так.
 
Во всяком случае, Запорожская обл. к нему не относится - туда переселялись все и отовсюду, так же, как и попозже - в Одесскую.
Укр. "хартленд" неоднороден: есть Левобережный (Полтавская и Черниговская обл.), есть Правобережный (Киевская, Черкасская, Винницкая, Житомирская).
Полесье - что-то уже совсем другое.
Но это, конечно, сугубое ИМХО.
 
Сверху