Земля звенит... а зима всё не приходит

Опубликовано Innokenty в дневнике Хоть тушкой, хоть чучелом. Просмотры: 386

Под ногами шуршали примёрзшие к асфальту листья - серые, потерявшие цвет. Зима всё не приступала к делу серьёзно: плюнув ночью парой сантиметров снежного порошка, она решила, что на сегодня план выполнен. Да, небо затягивали правильные, снежные тучи - но при этом потихоньку теплело, снежный порошок набухал и подтаивал, а это означало, что по траве начнут жестоко скользить копыта. Из окна электрички я внимательно рассматривал поля: снег лежал только на запашке, луговины серели пожухлой травой. Проходя посёлком, я нарочно прошёл краем футбольного поля: снега там, считай, не было, между пучками травы звенела замёрзшая земля. На "нашем" поле травы больше, конечно... Напрягало другое - вода вытекала из-под снега и застывала тонкой плёнкой на промёрзшем асфальте шоссейки: до травы надо было ещё добраться ровно по такому же асфальту, а это казалось непростой задачей даже в руках. Ладно. Пообщаться с конём надо всяко, дальше - по месту. Кстати, на краю поля я нашёл здоровую впадину примерно там, где мы завалились когда-то вечером: травой поросла, её и днём заметить было не просто. Но так валится вперёд там точно было не с чего. Значит, всё-таки ноги.
Остатки серого клана загугукали мне из своего коридора, неловко сползаясь в ближний угол: всё, что могло встать в леваде колом, встало и застыло. Чтобы публика не поломала ноги нафиг, Колдунья урезала кашу на треть - и теперь они шакалили с удвоенной силой. Старик с втянувшимися ляжками находился в состоянии мрачного философизма, увидел меня - скорчил "крысу": морковку в хобот, и немедленно! Ага, буду я резать прямо сейчас "трёхдюймовую" морковку всем вам. Ещё десять минут перетопчутся, а я постараюсь поспешить: светлый день уходил, да и какой тут светлый день - вечный сумрак, скорее. И побыстрей не получалось, несмотря на подсветку шкафчика и развешенные вокруг него крючки... Поймал себя на том, что забыл, что эта подсветка вообще есть, потом искал в рюкзаке уже вынутые оттуда шпоры... Унтята, купленные на неделе в "Сплаве", влезли в сапоги тютелька в тютельку: ни там, ни там не единой складки. Будет ли теплее - ну, посмотрим. Можно приколоться, в следующий раз портянки намотать - если до валенок дело не дойдёт. Не дойдёт, конечно: осенняя слякоть ещё не приходила - а она ведь должна непременно прийти раньше, чем ляжет снег.
Итак, я пытался спешить по мере сил, не обращая внимания на всеобычную суету вокруг. Старик соответствовал - жрал свою морковь, даже когда в конюшню с тепловозным грохотом вернулся табун. Своё чёрное дело он сделал: на белоснежной новенькой шерсти красовались свежие пятна отходов собственного производства. Сегодня не гулял - значит, валялся в деннике. Желтизна щеткой не выводится - значит, я ещё и на сухой шампунь влетел. Ладно, какое сегодня фото... С утра сумрак стоит. Пока доводил до состояния благолепия, типус моркву умял(два кило, замечу), и в гости ко мне стала приходить серая репа. Резервная морковина была, конечно... Но тут либо я торможу, либо конина быстрее челюстями задвигала. С урезанной пайкой вероятность одинаковая.
После табуна в левадах наступает время жеребцов. Вот и сейчас на автостоянке болтался Молодой: пусть жёстко, но хоть без колдобин. Старик быстренько пощупал землю, убедился, что она не отличается от бетона пандуса, и... смиренно побрёл через подворье, словно не заметил своего извечного супротивника. Нехорошо, кстати, брёл, щупал, ноги ставил деревянно, а земля под копытом звенела. Наверное, стоит до родного блока дойти... Пройдя по ледяной шоссейке, ага? Тропинка через кювет заледенела - лезли через кювет целиной, сокрушая бурьян. Зато обочина была сухой, это радовало. А вот слезать обратно на лужок под верхом придётся. Очевидно, через тот же бурьян.
Как изменился посёлок, когда опали листья и покосили климатисы, закрывающие сетчатые заборы... Смотреть на внезапно проявившиеся за заборами дворы было как-то неловко. Зачем-то вокруг конюшни снесли большую часть сухого бурьяна, и внезапная твердь смотрелась странно, но слой полыни на земле - сейчас для нас, скорее, плюс. Как-то сразу мы оба поняли, что снежок белеет на ровной поверхности - значит, твёрдой, а идти надо по мягкой тёмной траве. Старик без команды держался обочины тропинки. Вышли на заднюю лужайку, где Эсперанс последнее время двигала Фантазуса: половина лужайки распахало копытами, теперь это всё схватились и встало колом. Я прямо чувствовал, насколько неудобно было идти там коню. А нас ещё ждал подъём к шоссейке; обошлось, снова залезли по дернине, сокрушая почерневшую полынь.
Обочину на другой стороне шоссейки я люблю - до кювета там ещё метр травы, куда можно увести коня со щебёнки. Старик эту траву не жалует, тянет обратно, и потом приходится вычищать щебень из стрелки. Но не сегодня: Кадрище сам встал на тёмную полоску травы и мрачно потопал в сторону обычного нашего съезда - как можно медленнее, но чтобы я шенкелем не донимал. И даже по траве он двигался слишком жёстко. Но самым паршивым оказался съезд: колдобины на нём были мелкими, длинными и острыми, как кровельное железо: квадроцикл проехал, и не раз - наплевать, смотрю, ему на колхоз. Вот и колеи по траве разбежались: белые колеи, значит, придавил траву, в землю вмял, и сейчас там для нас твёрдо. Впрочем, и по траве, кажется, жёстко - уж больно деревянно шагала конина. Я предложил дойти до пруда; Старик пошёл нехотя, срезая край долины - в общем, правильно, так не потеряет высоту. Как горец, мыслит, даром, что степной конь - ну, либо отросли мозги за долгую жизнь. На пруд посмотрели издали: в серых берегах лежала белоснежная твердь, на ней сидел рыбак на оранжевом ящике, а по дальнему берегу теснились пёстрые домики, не видные летом из-за зелени - Брейгель! И мы смотрели туда, словно через портал.
Даже по траве Старик шагал тяжело, кивал башкой и аритмил - шагал получше, чем вначале, явно приноравливался под этот грунт, но всё равно неважно. Вроде, и подъёмник кончился, а он всё шагал, резко выдыхая через четыре темпа: тяжело, или копытам больно? Время от времени он пытался пойти тьёльтом, но тьёльт был деревянным и очень тяжёлым, хотя, вроде, и размашистым - и почти сразу гас. Я просигналил: хочешь - беги, но ничего не изменилось. Вот уже треть второго поля позади... Но в какой-то момент Старик решительно потянул вперёд - вот она, нормальная рысь! Копыта звучат мягко, отдача не идёт - почему нет? Помогу, конечно, пооблегчаюсь, но и отзову, пожалуй, не надо нам домкратом сейчас лететь. Домкратом не домкратом, а рысь была, пожалуй, прибавленная. Задачу читать грунт Старик целиком свалил на меня и вдохновенно тащил к дальней лесополосе; а ведь ноги он наверняка не поднимал, а на пути попадались какие-то странные бугры, похожие на старые кабаньи лёжки - откуда такое на культурном лугу? Лететь через них не надо, ведь промёрзли наверняка, и я менял курс на несколько градусов, нажимая на стремя, как на педаль - или в Старике мастер Йода проснулся, напомнил, что и так можно? Рысь казалась неимоверно длинной, я пригибался вперёд, пытаясь услышать дыхание, но конь не отдувался, даже странный выдох через четыре темпа ушёл. Неуютно было мне - почти сразу спина какой-то тяжестью налилась. На строевой рыси - приехали, точно на погост пора; или грунт всё-таки отдаёт? Тут Старик всё-таки споткнулся задними - почти незаметно, с темпа вовсе не сбился, и я от греха рысь прекратил. Коню показалось мало: пока брели вдоль лесополосы, он терпел, пусть и ворчал, а вдоль шоссе снова попёр "деревянным" тьёльтом - довольно быстрым, надо сказать, но необычайно жёстким. Впрочем, к грунту он явно привыкал - тьёльт становился всё мягче, но под горку Старик споткнулся вторично и на некоторое время зашагал. Забавно - когда бы мы не выезжали, неизменно возвращаемся в одинаковом сумраке, а солнце, похоже, и вовсе уходит в три часа дня... Колючая серая муть вокруг, мягкие "эльфийские" фонарики за канавой и злые звёзды автомобильных фар. Главное, видят нас в этом полумраке и сигналят ещё: три раза сегодня, годовой план выполнили. А конь перекурил и собрался немедленно шоссе форсировать, ломясь через острые колдобины: где голова, или возле дома выключить решил?! Машины всё пёрли, пришлось другой обочиной к мосту спускаться - не танцевать же на колдобинах, пока весь этот караван пролетит. Хорошо хоть - обочина та самая, с травкой. Перелезли, как всегда прибавили, глядя на левады: там мельтешило что-то белое, но мелкое - или мне показалось в полутьме? Наверное, показалось: и Старик ведь с дороги уйти не спешил. Кстати, он что-то долго примеривался к спуску - и съехал чуть ли не на заду, а ведь совсем недавно сыпался бегом, держать ещё приходилось. Сумерки, жёсткий грунт или очередной шажок вникуда?
...Мельтешащий в полутьме призрак оказался Летучей, играющей в догонялки с полуволчицей: та утонула в сумраке полностью. Поэтому Старик и не спешил к родным макаронам... На пандус залезли хитрым зигзагом: тропку схватило льдом от вытекающей из душа воды. По автостоянке кто-то гулял, Старик им пренебрёг; неужели так намяло ноги? Нет, пошёл за мной вполне себе ровно. А вот я ощутил, что ступни холодом прихватило - даже в фирменных унтятах. В деннике Старик крайне выразительно попросил морковку - значит, ничем не обижен, в себя не ушёл. Хотя - с него, паршивца, станется торговать своим благорасположением... Пофиг. Зато интерес к миру не теряет, мозги вертятся - как с морковного дерева ещё что-нибудь страсти. Да, он и стряс, но НЗ я оставил для серого клана: сейчас они болтались вдвоём в деннике большого размера. Я всё боялся, что Драконица полезет отгонять мышастую, но они очень мирно хрустели морковкой, если её досылать в хоботы строго синхронно. И я думать не думал, что вижу голубоглазую в последний раз.
Madina нравится это.
You need to be logged in to comment