Операция эвакуация. Спасение газпромовских лошадей. 2004

Статья, рассказывающая о том, как удалось эвакуировать поголовье конюшни "Газпрома", благодаря усилиям "Аванпостовцев" и других волонтеров. Почти все спасены, осталось 7 кобыл и два жеребенка. Подробности и фото здесь.

Как спасти лошадей "Газпрома", приговоренных к бойне

26 мая Галя Бакал повесила объявление в интернете. "SOS! Продаются лошади по мясной цене. Ликвидируется конюшня "Газпрома". 15 июля на территории конюшни не должно остаться ни одной лошади. Их отправляют на мясокомбинат. Есть беременные кобылы - примерно 20 голов. И целая куча жеребят. Их можно выкупить по цене 35 руб. за кг".

Еще Галя Бакал повесила в интернете фотографии лошадей, которые сама же и сделала.

Гнев интернет-общественности обрушивается на "Газпром": "Живодеры!" - "Где находится эта конюшня?" - "Сколько весит одна лошадь?" - "У меня слезы текут, как представлю этих лошариков на живодерне! Я бы купила парочку, но где их держать?"...

Конюшня "Газпрома" находится в Малоярославце, под Калугой. Одна лошадь весит в среднем 500 килограммов. То есть цена одной лошади - 17 тысяч 500 рублей. Цены за постой - от 150 до 900 долларов в месяц.

На следующий день, 27 мая, разгневанная общественность собирается в кафе "Этаж" на Тверской улице в Москве. Формируется общественный комитет спасения лошадей от "Газпрома". Решено: скинуться кто сколько может и выкупить лошадей. Перевезти их под Можайск, в деревню Исавицы, в конюшню Жени Матузова. А потом раздать. Скакунов - в конно-спортивные школы, тяжеловозов - фермерам. Женя Матузов становится главой комитета спасения газпромовских лошадей.

В интернете начинается сбор средств. "Могу дать 1000 рублей" - "У нас на работе уже все знают о газпромовских лошадях. Собрал 4000 рублей" - "Даю 300 долларов" - "А питерских берете? Могу собрать тысяч пять-шесть" - "Ой, подождите, у меня деньги только в июне будут!"

31 мая, 22.00. Снова кафе "Этаж". Сигаретный дым, звон бокалов. Женя Матузов заносит в блокнот имена филантропов и суммы пожертвований. Его мобильный телефон то и дело звонит:

- Вы где, Женя?

- Тут, - кричит он и машет рукой. Незнакомые люди подходят к столику, открывают кошельки, шуршат купюрами. Женя в тридцать третий раз докладывает результаты разведки: он успел слетать в Малоярославец, там 27 лошадей, но породистых мало. Есть Лодырь, русский тяжеловоз, огромный рыжий красавец с крутой шеей, длиннющей гривой и всем прочим, что полагается иметь тяжеловозам. Есть Сокол, беспородный мерин, очень нарядный, бурый с проточиной, ходит под седлом, мягкая рысь. Есть Горизонталь, серая в крупную гречку кобыла. Пять маток тяжеловозов - две гнедо-чалые и три рыже-соловые. Остальные - молодые и необъезженные полудикие кобылы и жеребята. "О-очень приятные!"

Кроме того, уже есть договоренность, что одного тяжеловоза возьмут монахи Спасо-Бородинского монастыря. Еще одного заберут в Колоцкий монастырь. Трех кобыл заочно пристроили в заповедник "Нелидово", что в Тверской области. Шесть лошадей готовы взять подмосковные фермеры.

Филантропы - люди молодые. Одни отдают деньги без разговоров, другие долго сидят за столиком, впитывают информацию.

Сергей - менеджер фирмы, научен опытом финансовых пирамид, он сидит дольше всех, потом решается и достает из бумажника 500 долларов.

Итог: в акции приняли участие 60 человек, денег собрано на выкуп шестнадцати лошадей!

Завтра утром едем в Малоярославец. Коневозка уже заказана.

Непрофильный актив

- К 15 июля здесь не должно остаться ни одной живой души, - говорит директор хозяйства Владимир Иванович Демко, - кроме сторожа.

Директор ошибается: 15 июля здесь останутся двое - сторож Петр и его блохастая собака Тяпка.

"Газпром" ликвидирует свои непрофильные активы. Хозяйство под названием "Филиал "Тепличный" и есть непрофильный актив.

- Нас выставили на продажу, - говорит Петр и сплевывает на асфальт шелуху от семечек.

Но покупателей не нашлось - цены высоки. 15 мая людям объявили, что через два месяца хозяйство закрывается, и они могут искать себе другую работу.

- Все свободны, - молвит Петр и сплевывает шелуху.

Над сторожкой - синим по белому слова: "Кадры решают все". Тяпка обнюхивает плевок и принимается вычесывать блох.

Райские кущи "Газпрома"

Восемь лет назад образцово-показательное хозяйство под Малоярославцем создал Рем Вяхирев, прежний глава "Газпрома". 1500 коров, 1000 свиней, 800 овец, 230 лошадей, 4000 гусей, 100 страусов, пруды с рыбой, фазаны, цесарки, дикие кабаны, олени, павлины, одна обезьяна и 300 человек обслуги. А еще оранжереи с гигантскими апельсино-лимонами и прочими неведомыми плодами. Построили молочный заводик, да еще колбасный, производивший 80 сортов колбасы. И все это не для продажи, а для внутреннего газпромовского потребления. Рем Вяхирев возил в эти райские кущи важных персон. Здесь видали Черномырдина и Алексия Второго.

Помимо скаковых лошадей держали большой табун кобыл - для производства кумыса. Для каждого газпромовского банкета поставляли в Москву пару ящиков.

- Кумыс хорошо помогает после банкета, - говорит зоотехник Аня Силаева, - оттягивает.

После того как сменилось руководство "Газпрома", и Вяхирева сменил Алексей Миллер, финансирование прекратилось.

Когда минувшей зимой за долги отключили электричество, в прудах погибли рыбы. Молочных коров отправили на мясокомбинат, поэтому молочный завод закрылся. Колбасный - тоже. Лошадей распродали, оставили только элитных да еще беспородных, которых никто брать не хотел.

Возле сторожки стоит скотный фургон. Внутри - последняя партия коров. Стучат копытами по железному днищу, шумно вздыхают.

- Куда их, на бойню?

- Нет, - отвечает Петр, - согласно документам на откорм.

- Что это значит? Откормят на пастбищах и вернут обратно?

- Жди, - сплевывает шелуху Петр. - Вернут в консервных банках.

Павлины сдохли, фазанов, цесарок и гусей съели, оленей с кабанами увезли в профилакторий "Газпрома".

- Этой зимой последний страус покончил самоубийством, - молвит Петр и снова сплевывает.

Последний страус просунул голову в ячейку металлической сетки и задохнулся. В акте списания указали причину смерти - "суицид".

Куда делась обезьяна - никто не знает.

На колбасу годны

Дней десять назад в хозяйство приехали представители истринского мясокомбината. Прошлись по конюшням, осмотрели лошадей. Сказали: "Годятся". Зоотехник Аня Силаева подняла крик. Она кричала директору, что не позволит убивать беременных кобыл и жеребят, потому что это - зверство, потому что это - не по-людски.

И тут возникает Галя Бакал. Художница из Москвы. Она пишет картины "в конном стиле". В галереях не выставляется, потому что не успевает - ее работы раскупают до того, как краска просохнет. В Москве у нее два жеребца - ахалтекинец Монмартр и терский Эверест. Да под Малоярославцем в деревне - две лошади. Итого четыре.

И вот приходит Галя на конюшню (бывая в Малоярославце, она часто сюда заходит) и слышит историю про газпромовских лошадей, которая скоро закончится бойней. Галя рыдает. Галин муж ее успокаивает и предлагает купить еще одну лошадь. И они покупают жеребенка. Потом Галя едет в Москву и дает то самое объявление в интернете: "SOS".

Эвакуация

А 31 мая в Малоярославец приезжает Женя Матузов - с коневозкой и сумкой, полной денег.

Волокита с бумажками занимает часа четыре. Потом взвешивают пустую машину. Когда внутри будут лошади, ее взвесят еще раз, чтобы знать, сколько килограммов продано. Но сперва лошадей нужно завести в фургон, и Женя опасается, что сделать это будет непросто, потому что лошади необъезженные, полудикие.

Вороной Меченый и чалая Салита заходят в машину так, будто всю свою жизнь только и ездили в коневозках. Объезженные старики. Юную кобылу Лиру заманивают овсом и морковкой, но она категорически отказывается залезать в фургон. Ржет, встает на дыбы, люди бросаются в стороны, увертываясь от копыт.

Вторая попытка. Женя укрывает голову лошади одеялом, восемь человек приподымают ей зад, пытаются затолкнуть в фургон. Кобыла хрустит морковкой под одеялом и делает шаг на трап. "Ай, молодца!", - кричат люди. Еще шаг, еще морковка. Кобыла уже почти в фургоне. "Ай молодца!" Лира встает на дыбы, разбрасывает людей и убегает прочь.

Карину, Ауру, Аврору и вороную Цыганку гонят криками "На дойку! На дойку!" Ферма-то кумысная. Лошади заскакивают в фургон с первой попытки. В последний момент Цыганка выпрыгивает наружу и бежит в леваду, где мечется возбужденная Лира. "Что, глупые, на колбасу захотели?" - кричит им Аня Силаева.

Но и пять лошадей - приличный улов для начала.

- Будут жить, - молвит Петр, - опуская шлагбаум за коневозкой.

Живой остаток

В Можайск приехали ночью. Салита и Меченый вышли из машины с таким видом, будто это их родной дом. Салита с Меченым - старые и мудрые. Зато молодежь устроила родео. Кобылы вставали на дыбы, скакали, крушили конюшню. Спустя четверть часа успокоились. Потом они стояли в своих загонах и мирно жевали качественное сено - по 3 рубля 50 копеек за килограмм.

2 июня Женя снова был в хозяйстве "Газпрома" и вывез еще четырех лошадей. Взрослых.

Маленькая неприятность: выяснилось, что жеребята весят не 150 килограммов, как предполагалось, а 250. Кроме того, хозяйство продает лошадей не по 35 рублей за килограмм, как объявили вначале, а по 38. Поэтому жеребят пришлось пока оставить. Денег хватит еще на один рейс.

Помимо этих жеребят, сейчас в газпромовской конюшне остаются: Сокол - заезженный мерин девяти лет, очень общительный, резвый, крупный, хитрый, Горизонталь - серая в гречку кобыла восемнадцати лет, однако, несмотря на возраст, бодрая и могучая, а также шесть кобыл - русские тяжеловозы, некоторые вот-вот должны ожеребиться.

Комитет по спасению лошадей от "Газпрома" продолжает свою работу. Очередная встреча состоялась на станции метро "Маяковская". Общественность собрала денег на выкуп еще двух тонн живого лошадиного мяса.

Еще одна проблема, чисто техническая: в конюшне Жени Матузова не осталось свободных мест. Тем не менее общественность намерена выкупить у "Газпрома" всех лошадей до единой. Включая нерожденного жеребенка.

Непрофильные активы "Газпрома"

Без малого два года назад, когда Алексей Миллер возглавил "Газпром", встал вопрос о ликвидации непрофильных активов компании. Миллер не устает напоминать, что освобождение от этих самых активов - одна из главных задач, поставленных перед ним самим президентом России.

В 2002 году объем непрофильных активов "Газпрома" составлял чуть более 20 миллиардов рублей. Треть газпромовских непрофильных компаний - сельхозпредприятия. Все эти хозяйства достались "Газпрому" в счет долгов за поставку газа. Таким образом, "Газпром" стал крупнейшим агрохолдингом России. В 2002 году 25 его дочерних предприятий управляли 91 аграрным хозяйством. А площадь их земель превышала 500 тысяч гектаров. Специалисты считают эти данные неполными, так как у дочерних фирм "Газпрома" имеются свои собственные "дочки", которые также владеют сельхозпредприятиями. Сам же "Газпром" не называет точного объема угодий.

Реализовать непрофильные активы довольно сложно, ибо желающих покупать убыточные предприятия у "Газпрома" пока не находится. Так, группа "Русагро" изучила положение с сельхозактивами в Белгородской области, где ООО "Белагрогаз" управляет 14 хозяйствами. Руководство "Русагро" пришло к выводу, что покупать их не следует, поскольку выстроенная там система хозяйствования не способна приносить доходы.

По той же причине не нашлось покупателей и на хозяйства в Калужской области, в число которых входит филиал "Тепличный" под Малоярославцем.

http://www.izvestia.ru/

Подробности операции можно узнать на сайте "БЕЗ ПОВОДА", а также пообщаться на форуме с непосредственными участниками операции.